top-right

1958 №3

 

РАЗОВЫЕ ЛИТЕРАТУРНЫЕ ГАЗЕТЫ

В сентябре 1957 года на Урале появилась первая разовая литературная газета «Литературный Свердловск».
В номере, изданном бюро пропаганды советской литературы Свердловского отделения Союза писателей СССР, напечатана анкета «Литературного Свердловска». В ней прозаики, драматурги, поэты рассказывают о своей работе, делятся планами.
На восьми полосах газеты печатаются отрывки из повестей, рассказы, стихи. Специальная страница знакомит с новыми именами молодых литераторов. В разделе «Слово друга» помещены читательские отзывы о произведениях свердловских литераторов.
Газета хорошо иллюстрирована. В ней публикуются фото писателей, дружеские шаржи, репродукции обложек изданных книг и т. д.
Второй номер «Литературного Свердловска» вышел в ноябре и посвящен 40-летию Великого Октября. В газете опубликованы воспоминания бывшего матроса крейсера «Диана», старого коммуниста Г. Ф. Королева о работе в комендатуре Смольного, произведения писателей и поэтов, заметки о работе местных театров над пьесами уральских авторов, сообщение о книгах-новинках Свердловского издательства, заметки об открытии выставки уральской литературы в музее Мамина-Сибиряка. Привлекают внимание остротой и злободневностью стихи И. Тарабукина в разделе «Ироническая смесь».
О своей работе и творческих замыслах рассказали в литературной газете «Южный Урал литературный» писатели и поэты Челябинска и Челябинской области. В ней помещены стихи, рассказы и другие произведения Л. Татьяничевой, Н. Воронова, М. Гроссмана, Б. Ручьева, Р. Валеева и других. В хронике сообщается о встречах писателей с читателями, об изданиях книг южноуральцев. Публикуются также читательские отзывы, пожелания и советы.
О росте писательских сил, о крепнущей связи уральских литераторов с жизнью народа свидетельствует также выпуск газет «Литературный Курган» и «Литературный Тагил». В каждом из этих городов, возмужавших за годы советской власти, успешно работают писатели.
Своих земляков-курганцев приветствует в газете поэт С. Васильев. Он справедливо замечает, что «за последнее время набирает сил и «областная» проза и поэзия». Это подтверждают и опубликованные в номере произведения курганских литераторов Ст. Сухачевского, Л. Дзержинского, А. Васильева, П. Кочегина, И. Коробейникова, А. Козырева, П. Русых и других.
Привлекает внимание и рассказ старейшего уральского писателя-краеведа В. Бирюкова о его работе и опубликованные отрывки фольклорных записей.
Растут литературные силы индустриального Тагила. Члены городского литературного объединения опубликовали в своей газете более двадцати произведений. Простое перечисление профессий авторов показывает, что в литературу идут люди с жизненным опытом, знающие дела и мысли своих современников. В «Литературном Тагиле» публикуются произведения инженеров Н. Баташева, П. Ялышева, А. Куприянова, журналистов А. Корытковской, И. Злобиной, А. Ермакова, бурового мастера Н. Мерзлякова, скрепериста рудника Ив. Боярских и других.
Выпуск литературных газет радует. Хочется пожелать, чтобы они выходили чаще, чтобы громче звучал с их страниц голос читателей — тех, для кого выпускают свою «продукцию» литераторы. Строже следует отбирать произведения для публикации, ярче оформлять газеты.

СБОРНИКИ НАЧИНАЮЩИХ

Кроме городского литературного объединения при молодежной газете «На смену!», в Свердловске работают и другие литературные объединения, группы, кружки: на Уралмашзаводе, при Доме культуры железнодорожников, в Свердловском горном институте, в Уральском политехническом институте и других учебных заведениях.
Объединения Уралмашзавода и Уральского политехнического института в минувшем году выпустили свои печатные сборники. Молодые литераторы Политехнического института издали сборник «Студенческие голоса». Наиболее значительны в нем рассказы Б. Григорьева, Б. Прицкера, Э. Блюма и Л. Замирякина, стихи И. Мирчевского, Ю. Ткачева, В. Лебедева и В. Кобякова.
Издали свой печатный сборник «Уралмашевские голоса» и молодые машиностроители. Сборник открывается балладой заводского поэта Ю. Шмелева «Башмаки» — о создателях шагающего экскаватора. Лиричны стихи о людях труда А. Силина, значительны стихи А. Воловика, Н. Петрова и других. Проза представлена отрывком из повести А. Занина, рассказами И. Иванова, И. Зудилиной, сказкой О. Калинцевой. В сборнике имеется сатирический отдел.
Жаль, что тираж сборника очень мал,— всего 500 экземпляров. Тем более, что в этом сборнике участвовали авторы, которые уже выпустили или готовят к изданию свои первые книги.
Литературные группы Дворца культуры железнодорожников и Свердловского горного института также готовят свои печатные сборники.

ЛЕВ ГОЛОВНИЦКИЙ И ДРУГИЕ

Несколько лет назад в Московском музее Николая Островского впервые появился очень молодой светловолосый человек. Он долго ходил по комнатам, останавливался у каждого экспоната, делал заметки в блокноте. На следующий день молодой человек пришел снова. На этот раз с ним был альбом. На его страницах в последующие дни появилось множество рисунков: портреты писателя в различные периоды жизни, зарисовки его вещей, отдельных деталей обстановки.
Это был Лев Головницкий — выпускник скульптурного отделения Саратовского художественного училища. В те дни в Москве он начал свою дипломную работу — скульптурный портрет Николая Островского. Молодой художник решил показать писателя в дни работы над романом «Как закалялась сталь».
«Даже будучи слепым и прикованным к постели в течение многих лет, можно быть бойцом и счастливым в нашей великой стране, хозяевами которой мы с вами являемся»,— эти слова писателя-большевика, обращенные к березниковским комсомольцам, явились идейной основой работы над скульптурой. Головницкий показал не человека, сраженного болезнью, а бойца, полного оптимизма и энергии, обретшего счастье труда, возвращенного в строй.
Дипломная работа Льва Головницкого была признана отличной. Первый успех окрылил молодого ваятеля и во многом определил основное направление его дальнейшего творчества.
Из Саратова Лев Головницкий вернулся домой, в Челябинск. И уже отсюда на республиканскую выставку 1955 года он посылает свою вторую большую работу — скульптуру «Павел Корчагин».
Перед нами большая монография «Изобразительное искусство РСФСР», вышедшая к 40-летию Великого Октября. «Среди работ уральских ваятелей на республиканской выставке 1955 года выделялась работа «Павел Корчагин» молодого челябинца Л. Головницкого»,— читаем мы на одной из страниц.
О «Павле Корчагине» Льва Головницкого тогда много говорили и писали, в журналах и газетах публиковались снимки скульптуры. Московский музей Николая Островского приобрел портрет, а жена писателя — Р. П. Островская в своем письме молодому скульптору назвала его работу одним из лучших изображений Корчагина.
В портрете скульптор сумел хорошо передать романтическое горение юной души Корчагина, прямоту и пылкость его натуры. Но в то же время это не символическая фигура, а один из многих тысяч комсомольцев, которые в годы гражданской войны были страстными борцами за советскую власть.
Черты лица Корчагина несколько напоминают черты молодого Островского. Вероятно, таким был комсомолец Николай Островский в бригаде Котовского или в рядах легендарной Первой конной. Скульптор сделал это не случайно: портретом он продолжил работу над образом писателя-большевика, подчеркнув тем самым сходство двух героических жизней — писателя и его героя.
Итак, показ человека, несокрушимости его духа, его несгибаемой воли стал определяющим в творчестве молодого скульптора. И третья его работа — «Орленок» — еще одно яркое тому подтверждение.
На Всесоюзной выставке, посвященной 40-летию Великого Октября, «Орленок» по праву занял одно из центральных мест, наряду с работами ведущих советских ваятелей.
Чем же так привлекла всех эта скульптура двадцативосьмилетнего челябинского автора?
...Мальчик в папахе, в длинной солдатской шинели, с руками, туго скрученными за спиной. Кто он — конник или разведчик? Где захватили его враги? Ясно одно: этот мальчик сражался так же героически, как и старшие товарищи, ясно, что такие, как он, умирая, не сдаются. Скульптор создал героико-романтический образ юного борца за власть Советов, он глубоко передал непоколебимое мужество, силу духа своего героя.
Сейчас «Орленок» отлит из бронзы и послан на Всемирную выставку в Брюссель. Вместе с лучшими работами других художников нашей страны он говорит о победной гуманистической силе советского искусства.
Большую, первостепенную роль в формировании творческого облика молодого скульптора сыграл его учитель — Эмиль Фридрихович Эккерт, один из организаторов скульптурного отделения Саратовского художественного училища. Эмиль Фридрихович и его жена — известный советский скульптор-анималист Елена Георгиевна Морозова — воспитали большую группу молодых художников. Вместе с Львом Головницким у Эмиля Фридриховича училась и его дочь — Энрика Эккерт, ныне Энрика Головницкая.
Энрика Головницкая работает в основном в жанре камерной скульптуры. Ее тонкие психологические портреты демонстрировались на областных и республиканских выставках. Высокую оценку получила скульптурная группа Э. Головницкой «За мир», посвященная сбору подписей под Стокгольмским воззванием.
На областной выставке южноуральских художников, посвященной 40-летию Великого Октября, Энрика Головницкая показала два портрета — портрет отца и портрет старушки. Первый — лицо художника — создан в романтической манере, второй — бытовой портрет старой женщины, поражающий тонкостью деталей. «Старушка» была показана на выставке работ художников РСФСР, посвященной 40-летию Великого Октября. В этом же году молодой скульптор демонстрировала на Всесоюзной юбилейной выставке еще одну свою работу — «Свинарка» — полный теплоты портрет труженицы сельского хозяйства.
Лев и Энрика Головницкие — представители молодого поколения челябинских художников. Челябинская творческая молодежь с каждым годом создает работы все большей художественной значимости. В республиканской выставке, посвященной 40-летию Великого Октября, приняло участие 20 южноуральских художников. Особенно широко представлены скульпторы. Молодой скульптор В. Зайков создал интересную работу «Сказ об Урале»— аллегорический образ уральца, олицетворяющего неиссякаемые творческие силы народа. Портрет пионера показал скульптор П. Фоминых.
Образ революционного матроса запечатлен в работе А. Суленева. Ряд интересных жанровых камерных скульптур создал Н. Кондратьев.
Девять челябинцев показали свои работы на Всесоюзной юбилейной выставке. Это скульптуры Л. и Э. Головницких, В. Зайкова, П. Фоминых. Молодой живописец Р. Габриэлян в большой картине «Год 1942-й» показал сильные характеры тружеников-уральцев — героев тыла, а художник А. Пруцких посвятил свою картину «Героическая гибель Цвиллинга» известному челябинскому большевику.
Сейчас у художников новые планы. Лев Головницкий свою следующую работу решил посвятить героям года великого перелома. Над портретами земляков трудятся В. Зайков, Э. Головницкая и другие.
Л. Виногорова




«ОВОД» - НОВАЯ СОВЕТСКАЯ ОПЕРА

Создание новых произведений — давняя творческая традиция коллектива Пермского ордена Трудового Красного Знамени театра оперы и балета. В 1957 году театр был особенно щедр. Он познакомил «ас с балетом «Грушенька» Б. Мошкова, операми «Маскарад» молодого ленинградского композитора Дм. Толстого и «Овод» А. Спадавеккиа. На недавнем Всесоюзном фестивале драматических театров и музыкальных коллективов оба оперных спектакля завоевали дипломы I степени, а авторам опер, многим исполнителям присвоено почетное звание лауреата фестиваля.
Опера «Овод» готовилась театром к 40-летию Октября. Либреттист — главный режиссер Пермского театра, заслуженный деятель искусств РСФСР И. Келлер бережно подошел к литературному первоисточнику. Либретто написано именно по роману Э. Л. Войнич, а не по весьма приблизительным «мотивам», как это порой еще случается при экранизации или инсценировке.
В либретто выразительно передана атмосфера эпохи кануна итальянской буржуазной революции 1848—1849 гг., достаточно полно очерчены характеры Артура, Джеммы, Монтанелли. Правда, на наш взгляд, не все в нем бесспорно. Например, оправдано ли завершение оперы сценой отречения кардинала Монтанелли от бога? Не лучшим ли финалом для выражения идей произведения стала бы сцена казни Овода — героя, бойца?
С композитором Антонио Спадавеккиа пермяки встречаются третий раз. В Перми в свое время шел его балет «Берег счастья», а немногим более трех лет назад Спадавеккиа, совместно с театром, создал оперу «Хождение по мукам».
Зритель часто и оправданно попрекает композиторов за то, что в их оперных произведениях симфоническое начало, оркестровая партия оказываются выразительнее, богаче вокальной. В «Оводе» этого во многом удалось избежать. Опера привлекает не только своей композиционной завершенностью и хорошим авторским знанием итальянской народной музыки, но именно широким обращением композитора к таким формам, как ария, дуэт, ансамбли.
Здесь надо заметить о другой традиции Пермского театра — о доверии артистической молодежи. Так, достойным исполнителем партии Овода стал солист Е. Лудер, хорошо справились с партией Джеммы молодые певицы Т. Дроздова и Т. Воскресенская.
«Овод» принят к постановке театрами Челябинска и Куйбышева. Опера, рожденная на Урале, начинает свою жизнь.
В. Кельник

ПЕРСОНАЛЬНЫЕ ВЫСТАВКИ ХУДОЖНИКОВ

Обычная буровая вышка, у основания которой наспех сколотили будку. Тес. Полуразмотанная катушка кабеля. Позади стройка...
Иной и не обратит внимания на этот бесхитростный «производственный» рисунок. А сердцу старожила области он скажет многое. Зарисована здесь первая нефтеразведочная вышка в Краснокамске (1937 г.).
Автор рисунка — А. Н. Трапезников. Выставка его произведений — более 120 работ—в залах Пермской художественной галереи представляется не случайной, организованной не единственно по случаю 50-летия художника.
Двадцатилетним юношей окончил Трапезников в 1928 году Пермское художественное училище. Уехал в город металлургов — Лысьву и там в рабочем клубе открыл изостудию. Потом Трапезников известен как один из вдумчивых преподавателей рисования в школах Перми. Имя его называют и в числе тех, кто в довоенные годы создавал Пермское отделение Союза советских художников, устраивал выставки.
Тогда Трапезников вместе с товарищами все в разъездах: с мольбертом, а чаще— с этюдником бывает он в колхозах, на заводах и стройках. Обидно только, что, кроме названного рисунка, из творчества Трапезникова тех лет на выставке представлено немногое.
Война. Фронт. Два тяжелых ранения. Но художник не оставил творчество. С каждым годом оно становится глубже, разнообразнее по жанрам. На выставке представлены картины и рисунки Трапезникова, воспроизводящие первенец первой пятилетки,— Соликамский калийный комбинат и один из крупнейших в стране — механизированный Керчевский сплавной рейд на Каме. Художник обращается к теме труда речников и чусовских металлургов, запечатлевает городские пейзажи молодого социалистического города химиков Березники и показывает, как преображается лицо старой Перми...
Художник всегда в гуще жизни, и его талант по-прежнему молод.


* * *
Каждый художник, начиная творческий путь, стремится найти в окружающей жизни материал, наиболее близкий его настроению и чувствам. Содержанием творчества свердловской художницы Екатерины Владимировны Гилевой стало иллюстрирование и оформление книг, главным образом детских. Более двух десятилетий многие книги Свердловского книжного издательства выходят с ее иллюстрациями.
Жизненный путь художницы во многом похож на путь миллионов людей, которым Великий Октябрь открыл двери в науку и искусство. Дочь портнихи после революции смогла поступить в Свердловский художественно-промышленный техникум, стать преподавателем рисования и черчения в средней школе, затем художником газеты «Тагильский рабочий». В 1935 году осуществилась мечта Екатерины Владимировны: она стала художником-оформителем. В 1936 году Свердлгиз издает три повести Е. Федорова, оформленные Е. В. Гилевой.
Работа оформителя и иллюстратора книги — незаметная, но благородная и сложная. Особенно необходим труд художника-иллюстратора в детской книге, «читатель» которой иногда еще и читать-то не может.
Произведения П. Бажова, Н. Поповой, О. Марковой, Е. Хоринской, Е. Долиновой, Б. Рябинина, Е. Ружанского и многих других выходили в оформлении Гилевой. Несомненно, удачны работы над книгами Е. Хоринской «Спичка-невеличка» и «Дедушка-привередушка», Е. Долиновой «Анютка» и «Настенькин двор». В последней художница показывает жизнь городской детворы. Длительные наблюдения натуры помогли Е. Гилевой создать замечательный образ милой, смелой и любознательной девочки, прекрасные городские пейзажи, правдивые жанровые сценки детских игр. Эта работа выделяется мастерством, тонкой акварельностью, воздушностью.
Замечательные иллюстрации в акварели созданы Гилевой к сказам П. Бажова «Малахитовая шкатулка», «Огневушка-поскакушка», «Голубая змейка» и «Змеиный след», в рисунке пером — к книге Е. Водовозовой «История моего детства», в черной акварели сделаны иллюстрации к рассказам Д. Н. Мамина-Сибиряка.
За долгие годы работы Е. Гилева выработала свои оригинальные приемы иллюстрирования детских книг. Располагая текст и рисунок на странице, она учитывает психологические и возрастные особенности детей, комбинирует цветные и черные иллюстрации. Выделяя и подчеркивая главное, она делает книгу понятной детям, лаже не умеющим читать. Так, в книге «Анютка» Е. Долиновой цветные иллюстрации рассказывают о приключениях самой Анютки, а черные рисунки на полях — о том, что она видит и о чем слышит, как представляет окружающий мир.
В технике работы пером художница также идет своим путем. Обычно художник делает предварительный рисунок карандашом, но линии этого рисунка, заранее нанесенные на бумагу, ограничивают и сковывают работу пером. Художница отказалась от карандаша. Ее штрих стал свободнее, смелее, пластичнее. Неверно наложенный штрих, неправильно проведенная линия безвозвратно портят работу. Поэтому приходится делать десятки рисункоз, из которых лишь несколько удается закончить, а из этих нескольких выбирается один — лучший. Днями и неделями Е. Гилева терпеливо работает над одним и тем же рисунком, добиваясь предельной выразительности и четкости формы, материальности предметов и воздушности пространства.
Художница постоянно обращается к жизни, к натуре. Ее персональная выставка, открытая в январе 1958 года в Свердловском доме работников культуры, — яркое свидетельство крепнущих связей художницы с жизнью, с современностью. Если в прошлом она создавала рисунки только на темы городской жизни: «У печурки», «Возвращение», «Не обижай маленьких» и другие, то на этой выставке представлен ряд великолепных по композиции, выполненных в черной акварели рисунков на темы жизни ребят колхозного села: «Из школы», «В детском саду», «Летний вечер», «Ненастный день», «На волокуше», «В колхозном саду», «Галя», портреты Лиды Вагиной, Володи Гусева и других курносых, белобрысых, черноглазых, озорных и милых деревенских ребят. Их появление — результат творческой поездки в село Бородулино, где веселая речушка Арамилька, струящаяся между высокими тополями, «околдовала» художницу. «Околдовала» ее, собственно, не речушка, а веселая колхозная детвора, раскрывшая перед художницей неисчерпаемый источник замечательных тем для ее творчества.
— Теперь мне не дает покоя мысль: создать большую серию рисунков о жизни детей колхозной деревни,— говорит Екатерина Владимировна.
И можно быть уверенным: такая серия скоро будет сделана, так же, как будет создано много других замечательных произведений.
Я. Шаповалов

ТОРКУЭЙ-ПЕРМЬ

Преподавательница английского языка Пермского педагогического института Т. Ф. Семерова послала недавно письмо известному ирландскому писателю-коммунисту и другу Советского Союза Шону О'Кейси. В нем сообщалось, каким вниманием пользуются в нашей стране его произзедения, в частности, романы: «Я стучусь в дверь» и «На пороге» — первые части автобиографической эпопеи.
Ш. О'Кейси не замедлил ответить. Из маленького английского городка Торкуэй в Пермь пришло его теплое письмо. Вот что он пишет Т. Ф. Семеровой:
«Дорогой друг!
Очень благодарен Вам за любезное письмо, которое доставило мне большое удовольствие. Я так рад, что Вам понравились мои книги «Я стучусь в дверь» и «На пороге»; как хорошо, что Вы сообщили мне об этом.
Моя мать была очень смелой, простой и умной женщиной, как и многие другие среди рабочего класса. Она получила очень небольшое образование, немногим больше того, которое получил я, а я ничего не получил, кроме того, чему научился сам. В ее время женщинам жилось плохо, да и теперь в Ирландии большинство женщин из рабочих живут в тяжелых условиях.
Родной язык ирландцев — гельский, но он был изгнан из школы британскими правителями. В тех случаях, когда дети произносили хотя одно слово по-гельски, их били, тогда как когда-то это был язык их семьи. Теперь там все говорят по-английски, но имеется большая тенденция возродить родной язык, и им уже пользуются во многих сферах общения. Я не говорил по-гельски, но выучил его теперь и неплохо читаю и довольно хорошо говорю на нем.
Ирландия — очень бедная страна. Экономическое положение в ней тяжелое, в ней очень большая безработица. Ирландия раздроблена. На Севере 6 графств до сих пор еще привержены английскому правительству, что вызывает всяческие осложнения, вплоть до попыток вооруженного выступления молодежной организации, стремящейся разбить эту ненавистную цепь.
Разобщенность Ирландии является, кроме того, следствием различных религиозных верований: косный протестантизм на севере и косный романо-католицизм на юге; на юге епископы накладывают свою руку на все, что делает народ, что он думает, и на то, что он пытается сказать. Правители Ирландии до сих пор отказываются признать СССР (неумная политика). Но дружеские чувства к Советскому Союзу растут среди народа, а запуск спутников расшевелил многих сомневающихся. В Ирландии знают, что я всегда был другом Советского Союза и что я — коммунист. У меня там много друзей, даже среди тех, кто ненавидит и боится коммунизма. На будущий год в день ежегодного фестиваля там даже покажут одну из моих пьес, которая впервые увидит свет.
Как же издалека пришло ко мне Ваше письмо! Пермь даже от Москвы далеко. Ведь она находится на склонах Уральских гор, на Каме, которая, если я не ошибаюсь, является притоком Великой Волги?
С приветом и наилучшими пожеланиями Ваш искренний друг
Шон О'Кейси».

ЭНТУЗИАСТЫ

В Алапаевск, старинный уральский городок, не так-то уж часто приезжают цирковые артисты. И тем не менее жители города часто любуются искусством смелых, сильных, ловких.
...Едва на улицы опустятся сумерки, как сотни рабочих и служащих города заполняют прекрасное здание Дворца культуры металлургов. В кружках художественной самодеятельности начинаются занятия. Одна из дверей приоткрыта. Доносятся странные слова: «фляк», «хара», «ап!»
Открываем дверь, и сразу же попадаем в... цирк! Точнее, за его кулисы, туда, где перед выходом артисты делают разминку, пробуют вполсилы свои номера. В одном углу на матах несколько пареньков делают кульбиты, кувырки, а рядом десять человек выполняют упражнения с вращающимися тарелочками на тростях. И хотя артисты одеты не в яркие кимоно, а в обычные спортивные костюмы — узнаешь китайский цирковой аттракцион. А молодой широкоплечий спортсмен жонглирует пестрыми булавами, взобравшись на лестницу, которая никак не хочет стоять на месте и ежесекундно грозит упасть. Это тоже мы видели в цирке, и, помнится, в программе номер назывался «Эквилибр на свободно стоящей лестнице».
В комнате все в движении. Руководит занятиями коротко остриженный гимнаст. Неужели он «преподаватель»? Такой молодой? Да, восемнадцатилетний Валерий Василевский — руководитель циркового кружка. Еще недавно он был токарем в механическом цехе металлургического завода, очень увлекался спортом и ходил в цирковой кружок Дворца культуры, который тогда только-только зародился. Энтузиастам приходилось очень трудно: опытного руководителя не было, специальных учебников — тоже. Номера перенимали у случайных заезжих артистов.
И все же были созданы две цирковые программы, в которых участвовали более 50 человек, организован и детский коллектив. Летом 1955 года кружок выступил в концерте на Всесоюзном совещании сталеплавильщиков.
Тогда пришел и первый успех. Кружковцы были награждены грамотой ЦК профсоюзов, получили первый настоящий цирковой инвентарь.
Теперь можно было заниматься велофигуристам, воздушным гимнастам, першевикам. Так появились различные жанры в кружке. Но учиться все-таки было не у кого. И тогда свой очередной отпуск Валерий провел в Свердловском цирке... униформистом.
Здесь он познакомился с «живым» любимым искусством. Между репетициями Валерий просил жонглеров, гимнастов, велофигуристов показать «секреты» мастерства. Те охотно откликались, и вскоре он смог свободно выполнять довольно сложные номера.
Когда Валерий вернулся в Алапаевск, его попросили руководить цирковым кружком. Работать стало труднее — приходила неопытная молодежь, но помогла большая дружба, царившая в коллективе, энтузиазм кружковцев. В самом деле, какую нужно иметь любовь, силу воли, скажем, Виктору Алтухову, машинисту завалочной машины, который после нелегкого труда в цехе делит свой досуг между вечерней школой и кружком. А частые концерты, где Виктор выступает как воздушный гимнаст! Его брат Борис, рабочий доменного цеха,— велофигурист. Грузчик Афанасий Серов — акробатт-эксцентрик, оператор счетной машины Нина Андреева — способная гимнастка. Все они хорошо трудятся на производстве, многие еще и кончают школу, техникум.
Р. Зарецкий


Поделиться:

Журнал "Урал" в социальных сетях:

LJ
VK
MK
logo-bottom
Государственное бюджетное учреждение культуры "Редакция журнала "Урал".
Учредитель – Правительство Свердловской области.
Свидетельство о регистрации №225 выдано Министерством печати и массовой информации РСФСР 17 октября 1990 г.

Журнал издаётся с января 1958 года.

Перепечатка любых материалов возможна только с согласия редакции. Ссылка на "Урал" обязательна.
В случае размещения материалов в Интернет ссылка должна быть активной.