1958 №3

История культуры на Урале не пользовалась вниманием исследователей и литераторов. Лишь в советское время начата разработка отдельных вопросов культурного развития нашего края. Наиболее активно ведется она в области истории литературы, сосредоточиваясь на фольклоре и анализе творчества Д. Н. Мамина-Сибиряка. Несколько работ обобщающего характера опубликовано по изобразительному искусству, по истории горной школы. До сих пор нет работ по истории науки, культурно-просветительных учреждений, народного образования. «Не везло» до последнего времени и театру. Сведения об екатеринбургском дореволюционном театре исчерпывались фрагментарной статьей А. А. Анфиногенова в сборнике «Свердловск», кратким выступлением Я. Фельдмана на конференции по истории Екатеринбурга-Свердловска и несколькими газетными заметками.
Пробельную страницу в истории театра на Урале в известной степени восполняет книга Ю. М. Курочкина «Из театрального прошлого Урала»  Автор скромно назвал ее «заметками собирателя». Формально — это правильно, Ю. Курочкин не является театроведом-профессионалом. Но, собирая материалы в свободное от основной работы (совершенно не связанной с театром) время, Ю. Курочкин действует как исследователь, умеющий научно обобщить накопленное в течение добрых двух десятков лет. Вызывает глубокое уважение огромный бескорыстный труд автора, составивший предысторию книги. Уважение это тем больше, если учесть, что архивных источников по истории провинциального театра нет, так как театральные предприятия в провинции были делом частным, и все «делопроизводство» помещалось в кармане антрепренера.
Во введении к книге Ю. Курочкин формулирует цель работы — содействовать выяснению «положительных черт провинциального театра, его прогрессивной роли, идейно-воспитательного и просветительного значения». Автор критикует пренебрежительное отношение буржуазного театроведения к истории русского провинциального театра и непреодоленную в этом отношении инерцию в работах советских театроведов. Курочкин раскрывает источники и метод своего исследования вопроса.
В мозаичной картине, созданной автором на основе документов, воспоминаний и других материалов, привлекают прежде всего страницы, посвященные истокам театра на Урале — скоморохам и народным представлениям. Особенно ценны разыскания о театре крепостных в вотчинных владениях уральских горнозаводских магнатов. Анализируя материалы о театре, существовавшем в XIX столетии в главной резиденции строгановской вотчины — селе Ильинском, автор устанавливает его демократичность, народность. В отличие от крепостного театра средней России, создававшегося помещиками для собственной прихоти, уральский театр крепостных возник по инициативе крепостной интеллигенции, развивался как самодеятельный, и зрителями его были крепостные.
Таким образом, автор существенно дополняет наши представления о роли крепостной интеллигенции в горнозаводских районах Урала. Читая эти страницы, невольно связываешь деятельность организаторов театра в Ильинском с деятельностью Худояровых и Бояршиновых в области изобразительного искусства и Черепановых — в области механики.
Связь темы с общим процессом социального и культурного развития края, оценка театра как явления общественного, намеченные во вводных главах, можно проследить и в последующем изложении темы о профессиональном театре. Отводя много места истории возникновения первой профессиональной труппы, любовно выписывая портреты «содержателя Соколова» и «первой актрисы уральского театра» — Ивановой, автор тщательно анализирует репертуар, приводит отзывы зрителей, подводит читателей к выводу о том, что при всех своих недостатках екатеринбургская труппа сыграла «определенную просветительную роль, в меру сил и возможностей своих знакомя жителей далекой окраины Российской империи... с образцами театрального искусства того времени, прививая вкус к театру и потребность в нем...»
В последующих главах говорится о появлении нового разночинного, демократического зрителя, оказавшего свое влияние на репертуар театра. Материалы книги убедительно показывают, как в пореформенное время «обострение классовых отношений сопровождалось обострением борьбы демократической и реакционной культур на определенном участке русской национальной культуры — в театре русской провинции». Стержнем этой второй части, охватывающей период капиталистического развития края, является рассказ об антрепризах известного деятеля русской провинциальной сцены П. М. Медведева. Опираясь на обширный фактический материал, Ю. Курочкин показывает на примере театра Медведева, как в русской театральной провинции конца XIX века складывались и укреплялись лучшие традиции русского театрального искусства — верность жизненной правде, вера театра в свое призвание как воспитателя художественного вкуса, проводника прогрессивных идей. Анализирует автор, в связи с этим, и рост профессионального мастерства актеров и совершенствование постановочной части, развитие театральной техники, которая в провинции нередко опережала столичные театры.
В книге Курочкина, посвященной театру, рассыпано множество деталей, характеризующих быт таких городов нашего края, как Екатеринбург, Пермь, Ирбит, во второй половине XIX века. В ряде случаев автор добавляет интересные штрихи к творческой истории некоторых произведений Д. Н. Мамина-Сибиряка («Доброе старое время», «Ошибка доктора Осокина», «Приваловские миллионы») и к биографии писателя. Эти детали, так же как историко-литературная глава «Горе от ума» на Урале», не выпадают из темы книги.
Одно из бесспорных достоинств книги — отличный стиль и язык. История театра изложена в форме живого рассказа, она ближе к речи, чем к письму. Хорошая манера, за которую читатель поблагодарит автора.
Книга Курочкина — тенденциозная книга. Он стремится по возможности «достоверно рассказать и показать то хорошее, что крылось под грузом плохого и поэтому осталось незамеченным» в деятельности провинциального театра на Урале. И с этой задачей автор справился хорошо, не поступаясь исторической правдой. Ю. Курочкин рассказал об истории театра на Урале в ее развитии, со всеми взлетами, падениями и компромиссами, при помощи которых «содержатели» и антрепренеры театров пытались разрешить конфликт между зоологическими интересами пьяных «носорогов со свалявшимися сальными фуражками на нечесаной голове», но с пачкой «радужных» за голенищем и демократическими вкусами и передовыми взглядами публики, заполнявшей грошовые места в «райке», но представлявшей все возраставшую величину на весах общественного мнения.
Решая большую и сложную задачу, автор книги, естественно, не мог полностью во всех деталях исчерпать тему. Немало пробельных мест в истории театра на Урале осталось и сейчас. На них Ю. Курочкин указывает в послесловии. В этом перечне, как нам кажется, следует выделить исследование истории самодеятельного, любительского театра конца XIX— начала XX века, истории, получившей весьма скромное освещение в книге. Наряду с работами по истории провинциального профессионального театра в советский период, исследование о дореволюционной театральной и вообще художественной самодеятельности трудящихся и ее расцвете в советское время — одна из важнейших задач нашего искусствоведения.
«Создание истории театра Урала,— пишет в заключение Ю. Курочкин,— серьезное и важное дело. Историкам и фольклористам, литературоведам и краеведам, театроведам и художникам — всем есть возможность внести свою лепту в общий труд по исследованию истории театра родного нам края».
Чтобы эта нужная и благородная работа приобрела организационную и методическую основу, стала подлинно общественным делом, опирающимся на поддержку широких слоев любителей театра, зрителей, необходимо создать в Свердловске, как традиционном культурном центре края, театральный музей — исследовательский центр и средоточие материалов по истории и современному состоянию театральной культуры Урала.
Такое предложение выдвинуто институтом театрального искусства в Ленинграде. Дело местных организаций—найти возможность осуществить это предложение, хотя бы на базе существующего, но беспризорного театрального музея при театре оперы и балета имени А. В. Луначарского.