1964 №1

Памфлет П. П. Бажова «Радио-рай» — антицерковное и антирелигиозное произведение, рукопись которого хранится в архиве писателя. Сегодня оно звучит, может быть, даже более современно, нежели тридцать-тридцать пять лет назад, когда Бажов его написал. Более современно потому, что за годы, прошедшие со времени написания памфлета, развитие естественных наук и техники было стремительным, достижения их — воистину фантастическими и попытки церковников приспособиться к «последнему слову» науки стали особенно упорными и наглядными. Именно такие попытки саркастически осмеивает писатель.
Возможно, некоторым читателям покажутся несколько неожиданными для Бажова самый жанр произведения и та страстная сила отрицания, которая энергично обнаруживается в публикуемом памфлете. Едва ли можно удивляться такому впечатлению. В воспоминаниях некоторых современников, встречавшихся с писателем, порой он предстает этаким простодушным и добродушным дедушкой. Весьма ошибочное представление! Дело в том, что современному читателю известно далеко не все, созданное Бажовым. И так как пока не опубликовано все литературное наследство П. Бажова, необходимо, видимо, напомнить то, что уже писалось о сатирических страницах бажовского творчества.
В сказках «Малахитовой шкатулки» весьма острые, «ядовитые» реплики деда Слышко и других рассказчиков, его преемников, сатирические оценки окружающего довольно обычны. Сатира, притом подчас весьма злая, сплошь да рядом обнаруживается, в сказе «Приказчиковы подошвы»,— суждения, связанные с гибелью свирепого заводского приказчика:
«А в Полевой перед этим старого-то приказчика на калену болванку посадили, да так, что он в одночасье помер. Драли, конечно, за приказчика-то. Только виноватого не нашли.
— Никто его не садил. Сам сел. Угорел, может, либо затменье на него нашло. Хватились поднять его с болванки, а уж весь зад до нутра испортило. Такая, видно, воля божья, чтоб ему с заду смерть принять».
В досказовом творчестве Бажова найдутся страницы, по сатирическому звучанию весьма близкие к памфлету «Радио-рай». Вот, например, отрывок из книги очерков «Пять ступеней коллективизации»:
«Над речкой над Липовкой ветрянка маленькая. Всем взяла,— и размером своим крохотным, и ветхостью позеленелой.
Попади такая художнику «подходящему», обсосал бы он каждое бревнышко, каждую щелочку, намешал бы лазоревого с желтеньким, и вышла бы у него умилительная сказочная избушка на курьих ножках.
Другие «подходящие», на эту картину глядючи, размазали бы медом-патокой про старинушку великую, про былую жизнь хорошую, когда жили просто, да проживали лет по сто. К этому уж не хитро и вывод приклеить из старинных же присловий:
«Деды живали, мед-пиво пивали, а внуки живут — и хлеба не жуют. Прежде жили — не тужили, теперь живем — не плачем, так ревем».
Сколько здесь жгучей ненависти к старому, дореволюционному социальному укладу! Сокрушительная наступательная сила, содержащаяся в приведенном отрывке, блестящем по словесному мастерству, направлена не только и не столько против кулачества. Острие сатиры обращено здесь, прежде всего на идеологию кулачества, прикрывавшегося маской защитников «веками сложившегося народного бытового уклада», защитников «патриархальности». Но всем известно, что за спинами «кулачествующих» стояли и «прочие» из тех, кто мечтал о реставрации буржуазного строя. И против всех них направлял Бажов свое разящее слово, партийное слово.
Вспоминаются и бажовские рецензии в журналах «Рост» и «Штурм», издававшихся в Свердловске: «Стихи на разные потребы» (1930 г.), «Мутная вода», «Подлинные герои» (1934 г.). Все они посвящены неудачным, плохим литературным произведениям, почему и подписаны псевдонимом «Чипонев» — «читатель поневоле». Страстным отрицаниям всякого приспособленчества, пошлости в литературе проникнуты рецензии Бажова. Гневными словами обрушивается писатель на халтуру в искусстве, на «пошлятину и безвкусицу». Вскрывая причины, приведшие авторов критикуемых произведений к провалам, резко критикуя, в частности, роман одного из современников «Канал», Бажов требует «обезопасить, наконец, литературу от сточных вод, напирающих через подобные «каналы». Глубоко справедливы эти оценки « столь же правомерно требование ответственности, предъявляемое к литератору, требование серьезного изучения изображаемой действительности, содержащейся в рецензии.
П. Бажов свободно владел формами комического в литературе. Но на его вооружении был не только юмор,— писатель-боец, коммунист Бажов свободно владел оружием сатиры.
Публикуемый памфлет не отработан автором до конца. В нем при внимательном рассмотрении обнаруживаются недостатки произведения, раннего в творчестве писателя и незавершенного,— недостатки в языке и построении памфлета. Однако то обстоятельство, что творчество Бажова здесь открывается перед широкими кругами читателей новыми гранями, а также своеобразие и острота писательского отклика на общественно-актуальный вопрос — делают целесообразной публикацию «Радио-рая».