2003 №11

***

Она цитировала главами Бакунина,

И говорила — он ее гуру.

Она сказала мне: “Пойдем покурим”.

А я ответил: “Не курю”.

В своем оранжевом шарфе,

Всегда немного под шафе.

Ты на меня взглянула мельком

Большими голубыми линзами.

А я сказал Вам: “Лиза, Лизонька,

Хотите карамельку?”


Ты писала на стенах: “Анархия”.

Я приписывал: “А на хер?”


Теперь все сделалось грубее —

А помнишь, раньше...

И линзы твои были голубее

И шарф оранжевей.

Зима

Мне до тебя, зима,

Нет ни какого дела,

Ты первая сама

Ко мне похолодела.


А помнишь встречи наши ранние

И поцелуй мой самый первый,

А в томик Пушкина презерва...

Заложенный на сне Татьяны.


В комнате сидела, равнодушная,

Мятными таблетками надушена.

Ручки белые, холодные, из воска,

На коленях скрещивала хером.

Я ушел, и за захлопнувшейся дверью

На тебя посыпалась известка.


Открой небесный холодильник.

От снега молодильного.


Забудешь сцену эту.

Найдешь себе студента.

Зинура или Петю

Из “меда” или “педа”.

***

Название города Тобольска

Составлено из двух слов.

(Кем составлено?)

Боль и тоска.

Что это?

Печальное предопределение

Или простая игра звуков.

Может, стоит переименовать

Город...

***

Осенняя серая туча

Зацепилась за еловую макушку, —

Это душа поэта Тютчева

Спорила с душой поэта Пушкина.

Один другого отправлял по матери, —

Втирал ему свои понятия.

Их спор казался мне прекрасен.

Боролись две осенних ипостаси.

Осень — не существо трансцендентное.

Это женщина многодетная.

Она рожала Пушкина и Тютчева, —

Меня бы родила рукой могучею.

Одну мою осень звали Оксана Максимовна.

Я просто висел у нее на шее.

Мы с ней к весне посеяли озимые —

Зерна наших отношений.