2003 №11

Рыбацкий поэт Дмитрий Шкарин


Из цикла “Успокоительное чтиво для состоявшихся старичков и старушек”



***

Лошади прыгают с крыши на крышу,

Машут хвостами, жабрами пышут.

Прыгают боком, да так, что есть мочи.

Девушки в ужасе сиськи аж др...ат.

Я ж на балконе стою и рыбачу.

Крепкий бамбук я курю и не плачу.

Лишь бы лошадка на лоб не свалилась.

Тыква б моментом в сапог закатилась.

Впрочем, не надо базарить о грустном.

Я ж покурил, а курить — это вкусно.

Что мне хурма с помидор-абрикосом,

Не, я рыбачу на дым Папиросом!

***

Кто там спит на деревяшке?

Несомненно, это кот!

Что ж ты спишь на деревяшке,

Аль намучился, сынок?

Ну, естественно, ребята.

Я хоть кот, а нервы есть.

Что мене грибы-опята?!

Я хоть кот, а, как человек, хочу поесть.

Припев:

Ну на, поешь, маленький.

Поешь рыбаньки, поешь сальненькой.

***

Кто ты, омерзительная золотая рыбка

С бесконечно лоснящейся кожей?

Отчего ты так смотришь,

Будто съесть меня хочешь?

В чем вина и погибель моя?

Знаю, жизнь не проста,

Но, как видишь, живу,

Видно, бездна еще не поспела.

В чем вина и погибель моя,

Омерзительная золотая рыбка?

Ты умней нас, живых.

Нам еще нужно чуточку солнца

И вина во дворе на скамейках средь улиц чужих.

Кто ты, омерзительная золотая рыбка

С бесконечно лоснящейся кожей?

Отчего ты так рьяно восстала,

Будто съесть меня хочешь?

В чем вина и погибель моя,

Если я не сгораю во тьме?

***

Возрадуйтесь, друзья,

Я слышал глас небесный.

Он мне сказал: “Нельзя

Иметь рассудок пресный.

Ум должен быть остер,

Хитер и интересен.

Зажги в мозгах костер.

Мозгам костер полезен!”

И я поджег мозги.

Мозги сгорели тут же.

Сижу, кругом ни зги,

Тьмы не бывает глубже.

Зато во мне царит

Высокий штиль сознанья.

Последний смысл убит.

Спи, плод образованья!

***

У странной проруби

Лежат такие ленивые господа офицеры.

Господа офицеры вонючие,

Ласково надсмехающиеся над стыдливо спотыкающейся курой.

Мы уж Вас простим, господа офицеры,

Но из сердца-то печаль не вытравити,

Из головных мозгов мысль не выволочи.

О, кура, ты-то нас понимаешь и любишь!

За рекой лесок, а потом опять река.

Сплошь и рядом водные ресурсы вперемешку с леснымимими.

Кура все исходить и исплавать пыталась,

Но жестоко высмеяна господами офицерами — подлецами вонючимими.

***

Мужик в трусах, угрюмый провожатый,

Заслышав хор небесных голосов,

Вопит из тьмы: “Пока мы не женаты,

По барабану мне ваш Вечный Зов!”

Он в чем-то прав, за ним не заржавеет.

А воля — это странствие в бегах.

Кто выбрал смерть, о смерти не жалеет.

Кто выбрал страх, тех не жалеет страх.

Мужик в трусах задумчиво взирает

На вспышки ярости в раскатах черных злоб

И сам себя угрюмо провожает

Туда, где нет, взвалив на плечи гроб.

***

Раздраженный слон в сортире

Прячет хобот в унитаз.

Он устал скитаться в мире.

Он сегодня водолаз.

Он сегодня мистер Немо.

Изучает путь дерьма.

Любопытнейшая тема:

Седня, значит, слон рыбачит.

***

Чтой-то соло не в трубу, люли-люли.

Не рыбачится в гробу, рюри-рюри.

Так бы жить и жить всегда. Без задачи.

Кегли в кеды и айда порыбачим.

Суслик в поле анашой банчит-банчит.

Непонятно мне, когда он рыбачит.

Он, наверно, никогда не рыбачит,

Потому что день за днем соску нянчит.

Вот бы лески прикупить на магнитах.

К ней все липнет, говорят, титах-титах.

Лынка-лынка, тру-лю-лю, титах-титах.

Пупурупу, фу-пупу, на магнитах.

Носит сущность свой чехол. Понимаем!

Мир — загадочный прикол. Уважаем!

***

Разыгралася природа.

Топ-топ-топ.

Мчится лыжница с завода.

Шлеп-шлеп-шлеп.

Ищет лыжница забвенья

В ездоте.

Снится ей ядрена феня

На коте.

Шлах, и дождик с неба рухнул.

Чух-чух-чух.

Он такой, что сразу рухнул.

Бух-бух-бух.

Разыгралася природа.

Топ-топ-топ.

Мчится лыжница с завода.

Шлеп-шлеп-шлеп

***

Я живу в простом подвале,

А гуляю на вокзале.

А еще умру я скоро

И буду смотреть из могилы мертвенным взором.

Припев:

После пенcии наступает смерть.

Yee-Yee-Yee!

После пенсии наступает смерть.

Yee-Yee-Yee!

***

Блудный сын никогда не вернется.

Спящий дом никогда не проснется.

Сон, увы, не чреват пробужденьем.

Он лишь дальше способен уснуть.

Три царевны вот только родились,

А сидят, как лет двести родились.

Бабы много, увы, не бывает.

Бабы много, когда ее две.

На земле больше делать нечего.

На земле больше делать-то и нечего.

Ступай, смочи свои яйца в вечности.

Инна, нежный китаец, весело бормочет во сне.

***

Стоят валенки на заваленке,

Стоят рыжие и бесстыжие.

Я же бреюся и надеюся,

Что приеду к Вам из Египета.

Не приеду сам, так другим отдам.

Мы ж не сами тут народилися.

Нас другие тут взяли сделали.