2013 №4

***



Так не хотелось зимы.
Берег, поляны, холмы
Коричневели, желтели.
Утром заиндевели.
Отяжелела река.
Мёрзнет в кармане рука.
Первый снег,
всё-таки это
Пепел сгоревшего лета.





***



Он душу отдал
вот так, спроста,
не первый и не последний,
той, что веками жгли на кострах, —
злой панночке,
тихой ведьме.
Никто не судил её и не сжёг
за дёготь его обид.
Опять скулит за стенкой щенок,
а душу саднит и саднит.
Пришла б, соврала,
и он бы простил.
Наверное бы, заплакал.
Сидит и пьёт на кухне
один,
а лучше б купил собаку.



***



Ленин и Троцкий,
Тиф и Разруха.

Убит Болконский.
И Пьер Безухов.





Спаситель



По темноте один идёшь.
Тебя в ней караулит нож.
И холод смертный по спине,
И “пятна крови” на стене.
Ты снова прибавляешь шаг
и понимаешь, что дурак.
И вдруг из подворотни пёс,
соседский Бобик,
как Христос.





***



На слух, на запах
и на вкус
я в полной темноте стремлюсь
родиться.
Слышу голоса
и запахи.
Вкус молока
мне не знаком ещё пока.
Я не умею говорить.
Сначала
выучу слова
я те же...





***



Глазами листья провожаю,
чтоб зиму переждать опять.
Живу...
и к жизни привыкаю.
А надо к смерти привыкать.

Мне столько “на помин” платочков
за жизнь подарено мою,
что не упомню уже точно,
какой — за чью.