top-right

2017 №2

Станислав Секретов

Прилетевшие из прошлого

Александр Стесин. Квинс. — «Октябрь», 2016, № 8; Александр Стесин. Птицы жизни. — «Знамя», 2016, № 10.

Проза Александра Стесина всегда автобиографична, вехи жизни писателя расставлены и в его новых повестях «Квинс» и «Птицы жизни». Автор родился в Москве, в детском возрасте вместе с родителями перебрался в США, где окончил отделение поэтики литературного факультета университета Баффало, еще год изучал французскую литературу в Сорбонне, позже поступил на медицинский факультет Корнелльского университета и стал врачом-онкологом… Сухие строки биографии ложатся на документальную подложку, с помощью причуд памяти превращаясь в художественный текст.
Как устроена человеческая память? «Почему, если сразу не записать, остаются только “общие места”, удобные фрагменты, складывающиеся то в предсказуемый голливудский монтаж, то в задумчивую тягомотину авторского кино?» Эти вопросы всерьез волнуют Стесина. Автор удивляется, когда его пациенты, узнав диагноз, задумываются не о будущем, а погружаются в прошлое, стараясь разгадать, что же конкретно привело их к раку. Удивляется он и сам себе, вдруг осознавая, что с трудом вспоминает сокурсников, зато его друг Эрик с легкостью способен рассказать о каждом из них. В повести «Квинс» центральный персонаж один — герой-рассказчик — «я», в «Птицах жизни» добавляется второй — Эрик Беренгер — старый приятель, «писатель-неудачник», сменивший офисную работу в большом городе на жизнь в американской глубинке. С его образом связано название последнего произведения: Эрику нравилось подолгу наблюдать за птицами. Редкие птицы — «птицы жизни» — заносились им в специальный блокнот. В России такое беззаботное увлечение могут позволить себе единицы — нам вечно не хватает времени. Однако жизнь в Америке не столь беззаботна. На самом деле отличия лишь в именах и реалиях. Нас окружают Маши, Паши и Кати; Стесина — Челси, Коулы и Джулии. Вместо наших дубов и берез он видит дерево печоса и пальму астрокариум. Мы весело празднуем Новый год, герой-рассказчик делится, как однажды весело отметил праздник Пурим. Российский студент точно так же может после шумной вечеринки привести понравившуюся девушку в свою скромную комнатку с вечным беспорядком, но она, выпив лишку, вряд ли станет кричать в окно про «ниггеров» — скорее, учудит что-то другое. В американских больницах тоже периодически умирают люди — всех спасти невозможно, и врачам приходится привыкать к присутствию старухи с косой: «Ужас заглушается рутиной, усталостью, заполнением бумажек, отвлеченным интеллектуальным любопытством (“интересный случай”), инстинктом самосохранения». Автор не приукрашивает свои трудовые будни, но и не драматизирует их с помощью изобразительных средств — он просто рассказывает о давнем и недавнем прошлом.
«Квинс» — стесинское сегодня: Нью-Йорк, пациенты, коллеги-медики и непосредственные начальники. «Птицы жизни» хочется назвать ранним мемуаром, где хватит пространства и детским воспоминаниям о друзьях, одноклассниках, педагогах и соседях по дому 19, корпус 2 на улице Демьяна Бедного в Москве, и счастливым студенческим временам в Баффаловской общаге, и сумасшедшему году, проведенному во французской столице. Стесин на свой лад повторяет Есенина: «Жизнь складывается так, как она складывается, все рубежи и точки невозврата становятся видны только с большого расстояния».
Не рановато ли писатель сел за мемуары? Минувшим летом в редакции Елены Шубиной вышла книга воспоминаний Александра Гениса «Обратный адрес». Генис на ее страницах идет тем же маршрутом, что и Стесин: советское детство, эмиграция в Штаты, знакомства с интересными личностями. Но Генису сейчас шестьдесят три — для мемуаров самое время, в США он переехал, когда Стесин еще не появился на свет. Александру Стесину нет и сорока. Впрочем, чувство ностальгии все чаще и чаще тревожит совсем молодых авторов. Платон Беседин незадолго до своего тридцатилетия опубликовал роман «Учитель»: в проделках и тревогах его героя-старшеклассника сегодняшнее поколение тридцатилетних легко увидит проделки и тревоги собственной юности. В аналогичном возрасте у Саши Филипенко вышел роман «Замыслы»: в его основе — работа автора сценаристом популярных развлекательных передач на телевидении, повествование идет от первого лица, а персонажа зовут Саша Филипенко. Повествование от первого лица и героя по имени Сергей Шаргунов мы встретим в ряде книг Сергея Шаргунова — едва ли не самого яркого писателя соответствующего поколения. Воспоминания лежат в основе значительной части новелл тридцатишестилетнего Александра Снегирева. А ноябрьский номер «Знамени» за 2016 год полностью посвящен теме детства глазами взрослых, и в нем привлекает внимание повесть «Здесь должна быть я» тридцатидвухлетней Екатерины Кюне, вспоминающей свое детство, пришедшееся на девяностые. Безусловно, перед нами художественные, а не документальные произведения, и их герои, вполне естественно, не на сто процентов равны авторам, однако во всех случаях базой служит отнюдь не фантазия. Во главу угла ставится личный опыт прошлого — опыт юности и медленно ускользающей молодости. Возможно, мы даже имеем дело с зачатками кризиса среднего возраста: Александр Стесин и другие авторы пытаются проанализировать свои жизненные и творческие достижения, желая в деталях разобраться, каким путем они пришли в наши дни, что успели сделать, чего добиться, а чего пока нет. Расстояние во времени до отдельных важных точек упорхнувшего, словно редкая птица, прошлого действительно кажется гигантским: к примеру, автор настоящей рецензии пошел в первый класс почти четверть века назад, но до сих пор помнит фрагменты того дня. Равным образом Стесин помнит запахи на лестничной клетке в подъезде, покинутом в 1990 году, обитую дерматином входную дверь и папин плащ на вешалке. Вещи, игры, разговоры… Писатель вспоминает свое детство, пробуждая в памяти читателя прямые аналогии из детства этого самого читателя. И все равно с повестки не снимается главный вопрос: не рановато ли в тридцать с гаком ударяться в воспоминания?
С другой стороны, какие-то фрагменты памяти с годами стираются, так что имеет смысл их фиксировать вовремя. Может, и вам когда-то посчастливилось увидать редкую птицу — «птицу жизни», но вы о ней просто позабыли? В Баффало Стесин учился у поэта Роберта Крили, который в 2005-м ушел из жизни. Постоянные отсылки к нему становятся чем-то вроде посмертной благодарности мастеру. Еще одно важное для автора имя — художник Виталий Стесин — его дядя. С ним племянник так и не успел встретиться — не доехал до Германии, где тот жил, времени не хватило: Виталий Стесин умер в 2012-м. Теперь писатель знакомится с чужими воспоминаниями и понимает: дядя-то был — ого-го, раз о нем писали Эдуард Лимонов, Владимир Алейников, Веничка Ерофеев и Михаил Гробман! К гордости за родственника примешивается горечь — одну «птицу жизни» автор явно упустил и жалеет о случившемся факте. Потому, наверное, и хочет не упустить других важных птиц, приезжая в гости к семье Эрика, перелистывая судьбы пациентов, однокурсников и вузовских преподавателей, знакомясь с теми, кто живет и работает вокруг, и поражаясь, «сколько еще маргинальных персонажей и невероятных историй способна вместить в себя центральноамериканская сельва». Иногда ему проще говорить поэтическим языком, иногда — обычной прозой: текст повести «Птицы жизни» разбавлен стихотворными строками — посвящениями однокашникам, учителям, отцу… В «Квинсе» поэтические вставки отсутствуют, а сама повесть выглядит суше, жестче. Виной тому — психологически сложная профессия: с давними смертями примириться получается, со свежими — нет. Обследуя тринадцатилетнюю пациентку, онколог вынужден признать: «Этой девочке осталось жить несколько дней, от силы неделю. И она, и ее родители все прекрасно знают, ни о чем не спрашивают». В профессии — коренное расхождение воспоминаний Стесина с воспоминаниями ностальгирующей молодежи. Опыт онколога не может сравниться с опытом журналиста, сценариста, копирайтера, редактора и общественного деятеля.
Тем не менее школьниками и студентами довелось побывать всем — и журналистам, и онкологам. «Знаменская» повесть Александра Стесина — «уходящие частности жизни», на минутку прилетевшие из прошлого; в «октябрьской» повести опять-таки прошлое, вот-вот сбежавшее, не успевшее остыть. Почти настоящее.
Теперь дело за будущим.

Поделиться:

Журнал "Урал" в социальных сетях:

LJ
VK
MK
logo-bottom
Государственное бюджетное учреждение культуры "Редакция журнала "Урал".
Учредитель – Правительство Свердловской области.
Свидетельство о регистрации №225 выдано Министерством печати и массовой информации РСФСР 17 октября 1990 г.

Журнал издаётся с января 1958 года.

Перепечатка любых материалов возможна только с согласия редакции. Ссылка на "Урал" обязательна.
В случае размещения материалов в Интернет ссылка должна быть активной.